11 мая

Максут Жумаев на вершине

Анализ акклиматизационного выхода. Треккинг и восхождение на Айленд пик (6189м.) можно не брать в учёт. Сейчас главное понять свои сильные и слабые стороны, провести работу над ошибками. Выходили мы уверенные в хорошей форме и с предварительной акклиматизацией. Но гора разложила по своему. Первый выход, из базового лагеря в 1 лагерь (6100 м.) выход в 5-м часу утра по светлу. Надо выходить не позднее 4 утра, во первых подход к ледопаду Кхумбу не близкий, первые верёвки достаточно крупные, тропа по правой стороне, нависающие ледники Нуптце достаточно спокойные, если всё таки обвал, то тропа в зоне поражения по касательной. Далее траверс с не большим набором высоты, относительно спокойный. А вот выход на плато Безмолвия откровенно опасный. Его надо проходить максимально до 10 часов утра.

Очень много свежих лавин и ледопадов со склона Эвереста. Мы там что вверх, что вниз проходили без остановки, с максимальной скоростью. В первом лагере всё понятно, но по определению надо спокойно ночевать. Первая ночёвка не всем далась хорошо. Присутствовала головная боль, рвота, апатия и признаки Горной болезни. Но мы переболели пошли выше. Шерпы советывали не спешить с выходом. Окей, мы вышли по солнцу, не спеша, после беспокойной ночи. И нам просто повезло, что небо затянуло и пошёл снег. В ином случае, могли усугубить признаки начинающей я горной болезни под палящим солнцем. Дошли тоже на удовлетворительно, Крайний километр перед 2 лагерем шли очень медленно. И как результат, организм начал давать сбои. Вылезли болячки, обострилась высотный кашль, ночёвки на высоте 6600 метров над уровнем моря не сулили ни чего хорошего. Днёвка и радиальный выход показали реальное состояние дел. Акклиматизация заходит в наши тела с натяжкой, натужно.

По шкале, можно оценить от 65 до 75%, не учитывая болезни по ходу акклиматизации. Они не улучшают ни общего состояния, ни морально-волевые качества. Но что меня понравилось, так это командный дух. Если наши тела страдали, мы становились ближе друг к другу. Помогали и поддерживали в каждой ситуации. Наверно так и должно быть. В экстремальной ситуации между людьми открываются каналы энергообмена. Слово, даже взгляд имеет особое значение. Мы выдержали, откатились в базовый лагерь. За плечами уверенность тела и знание маршрута. Где было тонко, там оборвалась. Пусть это произошло сейчас, лучше сейчас, чем в штурмовой выход. Где то нашли прорехи в экипировке и снаряжении, но у нас есть время исправить. Олег и Девид держаться молодцом! Мы сообща приняли решение улететь на вертолёте из базового лагеря в Намче базар. Там больше кислорода, выше шанс залечить болячки. Мелочей нет, лопнула кожа на подушечках пальцев, потрескались губы, обветрилась и обгорела лицо, мозоли на ногах, кашль, хрипота, расстройство жкт… что сказать, возраст уже не тот. Хотя есть утверждение, что золотой возраст альпиниста 35-45 лет, но когда мы в 20 лет бегали по горам, было всё по проще. Иммунитет уже не такой стойкий, как к пример, моя болезнь. Как только прилетели в Намче базар на следующий день с утра у меня заложено горло, глотать больно, голос пропал и понеслась.

Два дня в напряжении, три дня на сильных антибиотиках, в голове только одно, болеть нельзя! И вот мы в базовом лагере, большая гора нас встретила сильным ветром и облачность. Как мне показалось, народа в базе почти нет. То-ли все по палаткам, то-ли ушли все наверх. По прогнозу погоды впереди будет окно погоды, в которое постараются успеть взойти на вершины или Лхотце, или Эверест. Пока мы были на отдыхе, гора жила своей жизнью. В один из дней ураганный ветер разметал 2 лагерь, многие экспедиции пострадали. У нас в лагере поломало одну палатку, моя выстояла. Мы переживали за свою заброску, ведь в ней все наши пуховые вещи для штурма, комбинезоны, варежки, очки. Но всё обошлось, слава Богу. Затем на гору обрушился грозовой фронт, гром и молнии хозяйничали всю ночь, все кто был на горе, в ледопаде Кхумбу побросали все вещи и убежали вниз в базовый лагерь. Одним словом, альпинизм.